Kain’s Fallen Empire

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Kain’s Fallen Empire » Бездна (архив мусора) » Анкета на Данку


Анкета на Данку

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

• Имя.  Данка
• Возраст. 14 лет
• Пол. Женский
• Организация/культ и должность. Разведчица. Связной.
• Внешность. Я всегда считала, что быть незаметной - это здорово, неприметность даёт преимущество, особенно когда ты разведчица; себя считала такой неприметной, не находя никаких особых черт, которые бы надолго запоминались другим. Вот только мужчины с недавнего времени стали говорить, что я довольно хорошенькая. Особенно старался один из них, которого восхищали мои волосы и глаза. После его слов я в зеркало внимательно разглядела себя: округлое лицо без выделяющихся скул, прямой подбородок, черные глаза и черные волосы, в тот год я сильно отрастила их. Они густые и тяжелые, и я заплетаю их в нетугую косу, так удобней бежать по лесу. Я люблю лес, он мой союзник - всегда может скрыть от чужого. Телосложением своим я тоже не очень восхищена: тощее тело не окончательно сформировалось, но как оказалось - оно довольно выносливое, а низкий рост, всего-то 150 см, позволяет прятаться в таких местах, куда мои более высокие товарки не уместятся. Пожалуй, это главное моё достоинство. Хотя тот мужчина уверял, что я очень хорошо сложена. Одежду предпочитаю носить темных тонов, под цвет прелой листвы и камней.

Картинка

http://s3.uploads.ru/t/CUVKs.jpg

Еще картинка

http://s5.uploads.ru/t/J7bCV.jpg

• Характер. Спокойный, не конфликтный. Немного скрытный - Данка не привыкла доверять чужим людям в силу своего образа жизни. Друзей заводит плохо, но обычно верна тем, кто стал её другом. Не боится одиночества. Данку нельзя назвать веселым и легким человеком.
• Биография. Я родилась в третьем зимнем месяце 1494 года в городе Фрипорт и была первенцем в нашей большой семье. Первые два года мать посвящала только мне, но затем у неё снова стали появляться дети, чуть не каждый год подряд; потому насколько я себя помню в раннем детстве - я должна была с утра до вечера работать по дому, ухаживать за братьями и сёстрами, изо всех сил помогать уставшей матери. ей уже не хватало сил со мной возится, и пришлось стать самостоятельной. Так что моё детство было очень недолгим: хотя своей семьи в силу возраста у меня быть не могло, я уже умела отлично справляться с обязанностями женщин - убираться, варить еду, ухаживать за младенцами. Отец у меня тоже есть, это высокий угрюмый человек, но появлялся он дома нечасто, и ласк от него я никогда не видела. Мать рассказал мне, что отец - разведчик и вынужден надолго пропадать. 
Еще, сколько я себя помню, во мне всегда жила ненависть. Мать с пеленок рассказывала о вампирах, описывая такие ужасы, что вначале я замирала от страха, а затем под влиянием ее речей возненавидела своих врагов. Я не понимала, что среди разведчиков намеренно велась пропаганда ненависти, направленная на детей, поскольку чем раньше начать обработку, тем более податливый продукт получится на выходе. К десяти годам я уже не умела размышлять - я умела только ненавидеть. Меня освободили от боязни врага, указав наше численное превосходство и умение уничтожать вампиров. Значит, полное освобождение мира от этой нечисти есть лишь вопрос времени и наше желание очистить его. Я, двенадцатилетняя девчонка, жаждала очистить весь мир и не думала о смерти. 
Когда в очередной раз я увидела отца, то рассказала ему, что хочу стать разведчицей. Он одобрил моё решение и взял с собой. Так я попала в обучение ремеслу разведчиков, меня учили стрельбе из лука, метанию ножей, учили скрываться на любой местности, приспосабливая для этого сам ландшафт, выполнять задания в любых погодных условиях. Два года меня учили, что хитрость и умение выживать тоже главное наше оружие против вампиров. 
Меня определили в связисты, для начала посылая в вылазки неподалеку от Фрипорта; я хорошо справлялась с заданиями. Моё тело, такое тощее на вид, оказалось выносливым: я умела бегать быстрее сверстниц, легко пролезала в узкие щели и забиралась на деревья. Хотя в нашей войне не было малых деяний, как говорил командир, но я все же  ожидала своего первого большого задания, не держа за что-то серьезное эти вылазки.
Осенью пришли ужасные новости с востока. Гонец доставил наш город печальную весть. Вейлхольм сожжен вампирами, а все жители либо истреблены, либо бежали в другие города. У меня заходилось сердце от ненависти, когда  слушала его рассказ, в котором гонец описал, как были убиты люди. Ужасная смерть, задохнуться в дыму или быть поджаренным заживо! Я смотрела на командира, ожидая, что он предпримет, но он приказал вернуться к своим делам.
Лишь спустя какое-то время я узнала, что есть и хорошие новости: было решено отправить отряд разведчиков в Виллендорф. Во-первых, там оставались наши братья, из-за военного конфликта теперь отрезанные от нас, и следовало заново наладить утерянные связи; во-вторых, множество охотников с сожжённого Вейлхольма осели в городе, и нужно было понять и пресечь непонимание между ними и городскими властями, если такое непонимание случится. В общем, нам следовало произвести новую разведку на территории, теперь тщательно охраняемой зефонимами. 
Я просила отца поспособствовать тому, чтобы меня взяли в намечающийся в поход, горячо доказывая, что уже достаточно взрослая для самостоятельной роли разведчицы. Он согласился и вскоре объявил, что я могу собираться. Оставляя Фрипорт, я прощалась с родными, обещая вернуться.
• Навыки.
- Магические способности. Нет.
- Боевые навыки.  Умение стрелять из нескольких видов луков, умение метать ножи в цель с близкого расстояния. Навыки привиты обучением в Фрипорте.
- Прочие навыки.  Неплохое умение замаскировываться на местности, используя для этого ландшафт, умение ориентироваться на местности и запоминать дорогу, хорошая память на карты, умение выживать в трудных природных условиях. Охота и рыболовство, с использованием для этого подручных материалов. Знания по классификации опасных и не опасных животных и растений. Читать и писать не умеет.
• Уязвимости.  Те же, что у прочих людей.
• Оружие. Штормовой лук, колчан на 15 стрел с зажигательной смесью, три метательных ножа. Острый топорик на поясе (длина топорища 32 см, длина топора 15 см, вес 600гр), может использоваться в походе для рубки сучьев и забивания колышков, и для самообороны.
• Инвентарь.  Кожаная поясная сумка с запасом еды на несколько дней, с запасом лекарств, огниво, трут и оселок в кожаном мешочке за спиной. 
• Прочтение правил.

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

• Связь. Страница Вконтакте, посещается не менее одного раза в день https://vk.com/id436685946
• Пробный пост. 
...гонец продолжал говорить. У меня заболело горло от его слов.
Когда он закончил, и на площадке повисла тишина, я повернулась к своему Командиру, ловя глазами его взгляд. Я знала: надо немедленно что-то делать, вот прямо сейчас, и лучше всего идти в Вейлхольм и мстить. Я потому и пыталась попасться на глаза Командиру, чтобы он, увидев меня, мне подтвердил - да, все выступаем сегодня, оставив на сборы поменьше времени. Мысленно я прикидывала, что буду делать; вряд ли меня возьмут в Вейлхольм, обучение ещё не закончилось. Но Командир не только ничего не сказал - он даже не взглянул на нас, смотрел в землю под ногами и молчал. Другие уже переговаривались между собой, мрачнели, некоторые срочно ушли куда-то, а мой Командир продолжал стоять с неподвижным лицом, словно услышанное его не касалось. Честно, я растерялась настолько, что даже решилась нарушить регламент: протиснувшись к нему и рассердившись на подобное истуканство, громко сказала:
- Мы должны немедленно им отомстить!
Тогда мне казалось, что случившееся нас объединяет, и мне позволительна подобная вольность. Но Командир резко повернул ко мне голову, и я близко-близко от себя увидела его белые от ярости глаза и застывшее, искажённое ненавистью лицо. Я перепугалась и отступила, боясь, что он меня ударит - таким страшным был его вид. Но Командир совладал с собой.
- Возвращайтесь к своим делам. Это приказ! - он обвёл нас взглядом, повернулся и пошел прочь. Получив его сильный отпор, я больше не смела перечить.
Чуть позже нас всё же освободили от дел, и тогда мы собрались в сарае - несколько мальчишек и девчонок от 12 до 14 лет. Моя подруга Тая стразу же принялась громко рыдать, и даже попыталась сделать это, обняв меня за шею и повиснув на шее, но я оттолкнула её. Громкая истерика была мне противна, да и Тая немного играла на публику: когда я её оттолкнула, она зарыдала ещё громче, заодно обвиняя и меня и бездушии. Тогда я покинула сарай. 
Идти домой не хотелось. Бродить по улицам Фрипорта тоже. Я вышла на окраину города; неподалёку в лесу располагался заросший пруд, дорога к которому была мне известна, и я пошла к пруду. Он был в неглубокой впадине, склоны поросли кустами, две тропинки шли параллельно по склону - одна по самому верху впадины, другая по её склону, временами сбегая к воде. Я выбрала нижнюю, хотя из-за крутизны идти по ней было намного труднее. 
Горло продолжало сильно болеть, боль так и не уходила с того момента, когда на площадке я слушала гонца. Я очень хотела заплакать, но слёзы не приходили, я даже сделала несколько бесплодных попыток, временами усаживаясь на тропу и сжимая колени. В конце концов просто решила идти вперёд.
Пруд был не очень широким, одним концом упирался в сухое болото, и, доходя до него, я поворачивала и шла обратно по тропе, и так несколько раз. В тот вечер я делала много бессмысленных вещей, временами ловя себя на том, что совершаю непонятно что. Кроме этих прогулок вокруг пруда, я, например, принималась ломать сухие ветки куста, складывая их в кучу вдоль тропинки, но зачем я их ломала - не могла бы ответить. Я помнила, что огниво лежит дома. Последнюю ветку я просто бросила у куста и пошла дальше.
Однажды залезла в заросли папоротника и долго раздвигала руками широкие листья - мне захотелось удостовериться, что они растут так густо, что солнце не проникает под них, и земля там совсем тёмная. Я с детства знала, что это так, много раз сама искала грибы под ними, и видела как мало под папоротниками травы, но сейчас залезла и решила проверить. Вспомнила про грибы и принялась искать уже их, хотя они ещё не появились. 
Стояла у засохшего дерева и методично обрывала мертвые листья повсюду, куда могла дотянуться. 
В те часы я была оглушена и плохо понимала, зачем это делаю. Осознав себя за одним бессмысленным занятием, бросала его и принималась за другое, не менее бессмысленное. У меня никак не получалось вместить в себя всю громаду случившегося в Вейлхольме. Я знала, что такое сто человек - не раз видела в Фрипорте сотню разведчиков - и мысленно представила себе их. Затем - десять сотен. 
"Нет, их должно быть больше в несколько раз, не десять сотен, а больше". Но у меня дальше плохо получалось, силуэты разведчиков сливались в размытое пятно. Эти мертвецы не могли целиком поместиться во мне, слишком много их было. Пришлось ограничиться теми, кого я уже представила. Я надела на них одежду разведчиков, а лица их оставались белыми пятнами. Я никогда не видела погибших жителей и не знала, как они выглядели. Сойдя с тропы, я пропускала этих разведчиков - мужчин, женщин, детей, - они проходили мимо обычным шагом, я сначала считала их, затем забыла, что считаю, бросила его и  принялась правой рукой механически водить перед собой, отмечая момент, когда они проходили мимо меня. А потом сообразила, что буду стоять так очень много часов, пока увижу последнего. 
Подумала, что сейчас я жива, а эти люди уже мертвые. И что несколько дней прошли без них.
Сейчас вспоминаю, что все три часа мало о чём думала, только сильно болело горло. Все дела у пруда я совершала с какой-то пустой головой. Никак не могла сосредоточиться на чём-то одном: Вейлхольм мгновенно сменялся мыслями о повседневных делах, они тут же пропадали и возвращался Вейлхольм. Чтобы мгновенно смениться другим. Я и за бессмысленные свои дела принималась только затем, чтобы хоть о них думать. 
Уже начинало темнеть, и с середины пруда к камышам потянулись водные птицы. Несколько пар возились неподалеку от того места, где я остановилась. Их возня меня и отогрела. Птицы ныряли, выставляя вверх острые хвостики, я наблюдала с берега за ними, и постепенно из меня ушло смятение. Вейлхольм ушёл из меня. Его место заняли обычные мои мысли. 
Вернулась я поздно, заметила, что мать сильно подавлена - она толком и ругаться не стала за моё долгое отсутствие. А ночью я вспомнила произошедшее на площадке, и тогда только заплакала в подушку. Так же безудержно, как Тая днём в сарае. 
Позже я догадалась, зачем три часа ходила вокруг пруда, и почему так болело горло. Душа у меня кричала, вот что. 
Наутро я стала почти прежней, только встреча в Командиром и членами нашей группы сильно смущала меня, было неприятно из-за глупой выходки. Однако никто слова не сказал, да и вообще не дал понять, что придаёт вчерашнему поступку большое значение.

Отредактировано Данка (2017-08-11 17:49:35)

0

2

Приняты.
Не забудьте поставить ссылку на Вашу анкету в подпись.
И еще раз ознакомьтесь с правилами оформления аватара.

0


Вы здесь » Kain’s Fallen Empire » Бездна (архив мусора) » Анкета на Данку